Внешнеполитическая деятельность Италии

Италия - Деятельность на мировой арене

Определенную дипломатическую активность в последние годы Италия стала проявлять еще в одном субрегионе мира, соседствующем со Средиземноморьем, − это Африканский Рог. Итальянские представители активно вмешивались в попытки наладить мирный диалог между воюющими Эфиопией и Эритреей, а заместитель министра иностранных дел Италии Серри стал официальным посланником Европейского союза на переговорах между двумя странами. Заключенное в середине июня 2000 г. в Алжире соглашение между Эфиопией и Эритреей о прекращении огня и вводе миротворческих сил ООН и Организации африканского единства на линяю размежевания сторон было расценено на Апеннинах как крупный дипломатический успех Италии и реальное свидетельство ее возможности играть активную роль в мировой политике.

Характерной особенностью после косовского периода стало стремление Италии подчеркнуть не только свою полную и безоговорочную приверженность всем действиям НАТО, но и активно участвовать во всех ее акциях. Такой подход вполне соответствует тем изменениям, которые произошли в официальной внешнеполитической идеологии Италии за последнее время. Прежде всего, это выражалось в ее новом самовосприятии – как глобального и европейского «протагониста», а отнюдь не «средней державы». Активное участие Италии в миротворческих силах в Косово (KFOR), а также символически очень значимое получение собственного сектора при разделе этой территории на зоны ответственности способствовали изменению риторики Италии относительно НАТО. Более того, весной – летом 2000 г. именно итальянский контингент в KFOR оказался наиболее крупным по своей численности, что тоже явилось основанием для подчеркивания своей весомой роли в развитии альянса.

Другая причина столь настойчивого постулирования кроется в желании сгладить «ненадежный» имидж Италии, который сформировался в Вашингтоне и в других ведущих столицах НАТО в первые дни операции Североатлантического альянса в Югославии. Тогда, как известно, позиция Рима по этому вопросу характеризовалась «шараханием» из стороны в сторону и довольно жесткой внутриправнтельственной борьбой, когда ряд партий правящей коалиции требовали немедленного отказа Италии от участия в военных действиях и на пике конфликта угрожали выходом из кабинета. Тогдашнему итальянскому премьеру М.Д’Алеме пришлось давать объяснения коллегам по НАТО и приложить немало усилий, чтобы заверить их в «союзнической верности» Италии. В результате активно участвовать в косовской акции Италия начала только примерно со второй декады апреля 1999 г.

Далее в список регионов, за которые Италия, согласно ее официальной внешнеполитической идеологии, несет особую «глобальную ответственность», была включена Центральная и Восточная Европа. Прежде всего, это связывается с перспективой вступления стран ЦВЕ в Европейский союз. Такой подход начинает проявляться и на практике, в ходе контактов итальянских официальных лиц с руководством государств ЦВЕ. Ярким примером этому может служить визит К.-А.Чампи в Польшу в середине марта 2000 г. В своем выступлении в сейме Чампи делал акцент на той особой роли, которую Польша сыграла в постбиполярной интеграции в Европе. Ряд его заявлений ощутимо выделялся даже на фоне стандартных и приличествующих случаю комплиментов в адрес государства, парламенту которого адресовалось данное выступление. В частности, итальянский президент подчеркнул, что именно Польша «с ее смелостью сделала возможной реунификацию Европы» после холодной войны. Более того, именно Польша «решительным образом содействовала тому, чтобы спасти независимость и будущее других европейских народов» − жертв «тоталитаризма». Наконец, именно поляки «указали путь возвращения к демократии и российскому народу».

Такого рода трактовка польского вклада в новейшую европейскую историю, предложенная президентом Чампи, позволяет говорить о том, что на уровне официальной внешнеполитической риторики у Италии, безусловно, мессианский подход к роли Польши в Центральной и Восточной Европе. Таким образом, как следствие из данной идеологической конструкции стало то обстоятельство, что именно Польша подчеркнуто воспринимается итальянцами как государство №1 в ЦВЕ. В условиях уже начавшихся публичных дискуссий о том, кто из триады наиболее «продвинутых» в западные институты государств ЦВЕ «главнее», такая оценка Польши может внести свою лепту в эти раздоры.